|◀@▶|

По(пу)лярная звезда

Вредная и ненужная газета
№1(12) 12 г.
Версия 1.1
6 июля 2010 г.
по старому стилю

С новым юбилеем!

Мы смотрим на звезду по двум причинам: потому, что она излучает свет, и потому, что она непостижима.

В. Гюго

Казалось бы совсем недавно на пыльный стол редактора легли первые рукописи, присланные в новую, подающую большие надежды, галактическую газету. Ободрённой таким доверием, редакции удалось, прикладывая безпрецендентное напряжение сил, в рекордно короткие сроки выпустить первый номер. Все мы помним, какой это произвело фурор. Работая ночами, скрываясь от разъярённых поклонников и поклонниц, — и в дальнейшем нам всегда удавалось выпускать номера так же регулярно и своевременно. В этом заслуга не только редакции, но в первую очередь вас — пока ещё читателей, но также и потенциальных авторов. Номер за номером, год за годом, газета доказывала свою вредность и ненужность.

И вот перед вами юбилейный, двенадцатый, номер. Вошедшие в него по(пу)лярные материалы у кого-то вызовут усмешку, у кого-то — слезу умилению, кого-то усадят за письменный стол, а кого-то отправят к холодильнику за пивом. Но как бы вы не относились к этому безобразию, какие бы эмоции ни испытывали, — дело сделано, номер

Вышел!


Партия по мотивам Вавилон 5

Постигли все тайны галактики, превзошли тактику и стратегию, утратили остроту радости победы? Не беда — самый энергичный генератор проектов и неиссякаемый фонтан идей откроет вам новую галактику.

В качестве предисловия

Что вам сказать, дорогие мои галаксиане, о насущном? Накрылся (закрылся, перешёл в автономный режим, прекратил набор) сервер ДГ. Непонятно зачем (видимо, чтобы добро не пропадало — т. е. чтобы долгие часы разработки не пропали втуне) открылся новый сервер — new DG, который отныне претендует на лидерство среди галаксиан. Но лидерство ещё предстоит заслужить, а пока основным сервером (по количеству поданных заявок на участие в партии) является ГЛ.

И вот на этом фееричном фоне я снова и снова возвращаюсь к идее ролевой партии по мотивам Вавилон 5.

Общая замутка

Общая замутка, или задумка, если это слово будет более угодно старорежимной части наших читателей, состоит в том, чтобы было интересно.

Как я это вижу? Должен быть сложно устроенный, интересный мир, живущий по своим законам.

Конкретно идея заключается в развитии идей, приведших к возникновению Специй. В этой версии Галакси должны быть несколько групп рас, каждая из которых естественным образом претендует на лидерство или даже доминирование внутри группы, но при этом координируют свои действия против третьих сил. Идеологические и групповые интересы не должны сдерживать ту или иную расу от того, чтобы после удачных войн на добивание, скажем, пиратов не начать войну за глобальное доминирование уже друг с другом. При этом могут оформиться некоторые альянсы и союзы, но это должно быть, как и в обычной Галакси, естественным процессом.

Группировки

Основные группировки в новой партии: Новые расы, Старые расы, Предтечи (2–3 сорта), Пираты.

Новые расы — это расы с относительно меньшими стартовыми техами, но с бо́льшей рождаемостью. Старые расы имеют более высокие стартовые техи. На роль новых рас подходят гоблины, люди, духи, хоббиты. На роль старых рас — все остальные расы из Специй с рождаемостью не ниже 4%. Разумеется, тип расы будет отличаться от имени расы в «специях», названия из «специй» даются только для сопоставимости.

Стартовый сайз новых и старых рас, а также предтеч: 300+2*150.

Стартовый сайз пиратов: 1 планета 150. Базовой расой для пиратов является любая раса с рождаемостью 4%. За снижение стартового сайза пиратам положен бонус в размере +4% к рождаемости.

В случае, если наберётся достаточно игроков, то будет создана новая раса предтечей с «выпирающей» технологией атаки.

Расположение рас на карте

В идеале, планируется сочетание «специй» из ГЛ и «гипертуннелей» из ДГ. Однако, можно играть и без этих наворотов. Ниже описана компоновка карты БЕЗ «гипертуннелей».

Карта — слепая, так как конкретное расположение отдельных планет должно быть секретом для других рас. Причём основные расы расположены большим кластером «в центре галактики» (нарисую что-то вроде Млечного Пути, «старые» расы в центре, «новые» в рукавах). В мелких кластерах, изображающих галактики-спутники, находятся пираты. Сумсайз на одно пиратское скопление будет составлять примерно 1500.

«Межкластерные» биги будут располагаться только между рукавами галактики, но они будут разбавлены трешами и ричами.

Сумсайз планет в центральной галактике на одну обычную расу будет примерно 2500.

На условно-противоположной стороне галактики расположены расы «предтеч». Ими будут работать энты и орлы. Стартовый сайз предтеч составляет 600 в виде стандартных 300+2*150. Предтечи находятся почти в вакууме (аналог разрежёнки) — это объясняется войнами между расами предтеч. Орлы будут сразу долетать до соседних планет, а энты будут действовать на грани своей дальности, и иногда им придётся прыгать от планеты к планете в обход «дырок».

Соотношение количества рас

Пиратов должно быть в 2 раз больше чем предтеч и в 2 раза больше, чем обычных рас. Соотношение гибкое.

Можно давать по 2–3 пиратских расы на одного игрока (у пиратов крайне рискованная стратегия, они будут основным расходным материалом и «мальчиками для битья» для остальных пиратов. Пиратских синдикатов (владельцев пиратских рас) в любом случае должно быть не меньше 3 человек. Пиратские синдикаты изначально не публичные (т. е. пираты, по согласованию с локальным гейммастером, пользуются всеми преимуществами легальных зомбоводов).

В случае реализации «разборки в технологии» пиратских рас требуется для баланса в 2 раза меньше.

Фичи

«специи», особая карта, супер-слепая, неравный стартовый сайз, замедление техов, ЗАХВАТ!

Особые фичи

Для данной партии крайне желательно разработать новую фичу — «разборка в технологии». При реализации данной команды происходит разборка корабля. Предварительно предлагаю сделать следующий коэффициент нормирования:

Новый тех = (техи-своей-расы минус техи-разбираемого-корабля) * (1-1/(1+масса-блока/20))

Масса-блока — масса соответствующего блока. Имеется в виду масса блока оружия для технологии W, масса блока двигателей для Drive и т. п.

Коэффициент подобран таким образом, чтобы минимизировать расходы L рас-доноров технологий на продажу кораблей для разборки в технологии. Это должно сделать торговлю технологий более выгодным (хотя и столь же опасным) делом. Также это должно сделать оправданным разборку захваченных дронов, и сократить эффективность дроновой разведки высокотехнологичных рас :-) Понижение нормирующего коэффициента приведёт только к полной неэффективности дроновой разведки, чего делать не стоит, так как это сильно меняет модель игры.

Концептуально, данная фича должна облегчить и обеспечить существование пиратов и предтеч — за счёт взаимного обмена технологий расы будут достигать уровня технологий, для развития которого другими способами пришлось бы потратить очень много L. К тому же, эта фишка позволяет пиратам найти свою нишу.

Можно и без этой фичи… но в условиях стартового перекоса технологий и глобальной нехватки L, а также нелинейки, эта фича может быть особенно полезной.

Не реализованные фичи

Думаю об подключении разной стоимости постройки капы для отдельных рас. IMHO фича требует тестирования, и поэтому не предлагается.

Процесс записи в партию

Все желающие записаться пишутся МНЕ ЛИЧНО на форумную почту либо на прямой емейл aijy @ i.ua. Прошу пересылать общие пожелания за кого хочется играть.

По мере укомплектования рас будет отрисована карта. Размер карты будет зависеть в первую очередь от количества записавшихся рас. Генерация карты планируется в Экселе :-) Пробная карта будет продемонстрирована сообществу, но играть будем на другой карте — равноценной, но сгенерированной по другим правилам.

В качестве заключения

Жду обсуждения, а лучше — сразу писем с указанием, кто за кого хотел бы играть. На форуме буду публиковать только общую сводку, сколько рас какого типа нашли своих хозяев.

Всегда ваш,
Aijy


Организация рабочего места галаксианина

В это трудно поверить, но некоторые наши читатели ещё играют во всем нам хорошо памятную игру.

О технике рулёжки, затачивании флота, стратегиях развития написано много литературы. Но до момента открытия репки и применения каких-либо техник существует ещё некоторый набор действий, связанный с получением и хранением отчётов, писем и прочего. Об этом молчат Учебник, правила, газеты и ветераны. Так вот слушайте…

Речь пойдёт о классическом варианте работы: общение с сервером по электронной почте и использование клиента gcomm.

Рабочее пространство для рулевого состоит из трёх основных частей: почта, файлы и программы.

1. Почта.

Почта, как известно, — основа PBEM. Общение с сервером производится тремя видами писем: письма с игровыми отчётами, переписка с другими расами, служебные сообщения от сервера и для сервера, куда можно отнести и приказы. Поэтому галаксианскую почту удобно хранить в таком виде:

/galaxy/имя_партии/all — приказы, трансляции и т. п. от сервера
                   msg — приваты, стенки, гиперкасты
                   rep — отчёты
/galaxy/all — всё остальное, не привязанное к конкретной партии.

Замечание о кодировке и формате писем. Text/plain, koi8-r и quoted-printable или base64 пройдут в корректном виде в высокой вероятностью. DGServer некорректно перекодирует utf-8, OGS в этом плане более лоялен. Письма, отправленные в виде html, могут быть неверно обработаны сервером, что может привести к неприятным казусам вроде засвечивания пароля на стенке.

2. Файлы.

Файлы, как и письма, имеют разное назначение, поэтому структура каталогов немного напоминает почтовую. Разумеется, что файлы, относящиеся к одной партии, удобнее хранить в одном каталоге. Например, у автора сформировалась такая структура:

~/galaxy/archive — архив партий
         games   — текущие партии
~/galaxy/games/имя_партии/ — упакованные отчёты, gcomm.ini
                          rep — распакованные отчёты
                          ord — приказы
                          notes — заметки.

3. Программы.

Для игры обычно используется две программы: клиент Г+ и почтовый клиент. В большинстве случаев такого набора хватает. Дополнительно, рекомендуется иметь под рукой программу для сравнения текстовых файлов (winmerge, xxdiff и т. п.). Сравнивая промежуточный отчёт с основным, можно получить некоторую полезную информацию о действиях других рас.

Итак, разложив по полочкам почту и репки, открываем текущий ход и строим длинные дула и толстые непробы. Удачи в бою!


ПЗ

Некоторые наши авторы ещё слишком юны, чтобы уметь писать, и выражают свои мысли как могут.


История одной легенды

Что может случиться с кораблём в открытом космосе? Встреча с флотом вторжения таргоидов? Захват космической фабрикой? Столкновение с кораблём поколений? Ан нет…

Космические корабли бороздят пространство…

Немногим известно, что «борозды», оставляемые кораблями дальнего следования, причинили в своё время немало хлопот. Необнаруживаемая стандартным навигационным оборудованием темпорально-пространственная аномалия (ТПА) приводила к необъяснимому ускорению/замедлению идущего следом судна, вызывая панику автопилота и азарт в глазах вахтенных офицеров. Именно они нарекли аномалию «американскими горками» — из-за того, что свернуть с выбранного курса некоторое время было просто невозможно. Оставалось лишь перевести движки на малый ход и, пристегнувшись в креслах, ждать, пока «борозда» сойдёт на нет.

Опытным путём была установлена зависимость протяжённости и силы ТПА от скорости, массы и обводов корабля, составлены соответствующие списки и таблицы коэффициентов и строгие инструкции, обязывающие избегать попадания в «колею». Вновь настали скучные времена, и лишь ветеранские байки — «вот как-то попали мы аккурат за транспортом-мегатонником… как нас мотало! капитан первым сбежал в гальюн и выходить отказался, так боцман ему туда табличку и перевесил, чтоб значит путаницы не было» — позволяли коротать долгие часы вахты.

Глава 1

Капитан «Неустрашимого» был в ярости. Он только что закончил раскладывать трёхмерный пасьянс из плоских ракушек планеты Лолипоп, как серия неожиданных маневров корабля раскидала сложную конструкцию по всей капитанской каюте. Ракушки раскрылись и поприлипали где попало, превратив строгую обстановку в украшенный розовыми леденцами «домик принцессы».

Попытка быстро сгрести ракушки одной рукой, второй придерживаясь за что попало, привели к тому, что в результате следующего маневра капитан оказался на полу, а ракушки, взлетев на секунду, последовали за ним, украсив тёмно-синий капитанский китель весёлыми прямоугольничками.

В этот момент взревела сирена тревоги. Капитану ничего не оставалось, как выскочить за дверь и помчаться на свой боевой капитанский пост.

В коридоре он неожиданно почувствовал давно забытое ощущение — так его мутило лет 30 назад, когда вверенный ему корабль по причине разгильдяйства штурмана занесло на след грузовика. Подавив неприятные воспоминания, капитан ворвался в рубку и с громким «Доклад!» рухнул в капитанское кресло. На главном экране пронеслось:

— ТПА, коэффициент 9, вероятный источник не обнаружен, направление 15 градусов на 20 от курса, расчётный выход через 30–40 минут.

Капитан даже забыл про розовые украшения на кителе:

— Как это «не обнаружен»?! Штурман, кто перед нами?!

Штурман лишь втянул голову в плечи и что-то невнятно промычал, не отрываясь от визора радара.

— Штурман! — голос капитана звучал рындой, разом помолодев лет на 40, — Доклад!

Штурман обречённо вздохнул, развернулся… и уставился на розовые пятнышки. Капитан недовольно махнул рукой. Штурман вздрогнул и не по-уставному почесал в затылке:

— Немогузнать! Для ТПА такой силы это должен быть или супер-танкер или десант-крейсер. А ни тех, ни других в этой системе не пролетало со времён Второй Колониальной…

— Радары?!

— Шум пространства 2-го рода — мы по-прежнему идём по межгалактическому обменнику, этим кружным путём кроме патрулей никто не ходит…

— Сам знаю, — проворчал Капитан.

 

Действительно, во времена второй экспансии распространённым увлечением было считать эти длинные рукава пыли и обломков несостоявшихся галактик секретными базами пиратов, или как минимум сокровищницами полезных ископаемых. Конечно, попадались и те, и другие, но случалось это настолько редко, что реальнее было выиграть в Межгалактическую Лотерею, чем всерьёз рассчитывать наткнуться на клад в самой гуще этого «киселя».

Тем дороже обходились они счастливчикам. Клад Слепого Хью якобы переходил из рук в руки 18 раз! Дошло до того, что галактические власти отрядили десант-крейсер, чтоб очистить весь сектор от кладоискателей, сражения между которыми сделали жизнь прилегающих систем невыносимой. В «борозду» за крейсером попал транспорт одной из группировок, которая решила заминировать подходы.

На транспорте стояла старая модель автопилота. Она не стала сбрасывать скорость, и несмотря на огонь кормовых орудий, весь груз транспорта сдетонировал только при соприкосновении с крейсером. По окончанию спасательной операции отселили две системы и оцепили окрестности военными патрулями.

Спустя полтора столетия остался лишь один патрульный маршрут, который огибал этот рукав, поворачивал перед нейтральной зоной и уходил по внутренней магистрали на базу.

 

Корабль неожиданно встряхнуло. Довольно ощутимое ускорение заставило штурмана вцепиться в деликатный прибор, а капитана — вспомнить десантную молодость.

— Коэффициент 12, направление 21 градус на 32 от курса.

Капитан по-простому выругался. Остальные ошарашено промолчали.

— Коэффициент 14, направление 23 градуса на 35 от курса.

— Штурман, куда нас… несёт? — с трудом удержавшись от нехороших слов, выдавил капитан.

— По текущему радиусу разворота … и с текущим ускорением … — голос штурмана опять перешёл в неразборчивое бормотание.

— Х-р-р! — зарычал капитан.

— Мы перейдём на эллиптическую орбиту с фокусом … вот тут! — Штурман вывел изображение со своего компьютера на главный экран, указав пальцем, где именно находится этот фокус.

Капитан судорожно сглотнул. Фокус находился во второй трети рукава, за самой густой его частью, где, по предположениям, более 200 лет назад и потерпел крушение корабль тогда ещё зрячего Хью. Крейсеру предстояло хотя бы раз пересечь весь рукав. По выходу они конечно же включат движки на полный ход и сорвутся с навязанной орбиты в перигее… если выйдут.

— Коэффициент 16, направление 28 градуса на 42 от курса.

Да, дёргаться уже бесполезно — пока взломаешь автопилот, чтоб врубить экстренное торможение, влетишь, кувыркаясь, прям в центр этого месива, «…одни ушки доедут».

К капитану на полусогнутых подбирался Боцман. В его движениях чувствовался опыт бывалого десантника, ходившего под перегрузками ещё тогда, когда капитан только заканчивал офицерские курсы. Добравшись до капитанского кресла, Боцман принялся отдирать розовые ракушки от капитанского кителя, целясь головой капитану в ухо.

— Да что с Вами?! — удивился Капитан.

Боцман пробормотал извинения, и, улучшив момент, склонился над плечом капитана и горестно прошептал:

— Это Голос! Поющие Девы!

Капитан изваянием застыл в кресле. Давно забытая легенда как гипнотизирующий удав выбиралась из самых недр памяти. Ею пугали новичков в училищах во времена капитанской молодости. Потом время жестоких шуток прошло, и про легенду забыли даже ветераны.

— Что за неуместные… глупости, Боцман! — силой воли сдержался Капитан, обернулся, и осекся, увидев широко раскрытые в ужасе глаза. Не мигая, Боцман снова зашептал:

— Помните, как Хью стал слепым? Он удрал со всем своим богатством, кинув подельников, и шёл в нейтральную зону, прячась за рукавом, чтоб его не видно было. И тут он услышал Поющих Дев, их Голос потащил его корабль прямо в рукав! Когда его нашли в спасательной шлюпке, он был совершенно слеп и ничего не мог вспомнить, только зажимал уши двумя руками и твердил…

Да, теперь и Капитан вспомнил все подробности этой кошмарной легенды, и её мораль на примере Хью — всякий, кто узрит Поющую Деву, лишится глаз, и только Голос будет петь ему до конца дней его…

— Так, ацтавить стращать Капитана! — откашлявшись, — Какой, к дьяволу, Голос?! Лично я никаких голосов не слышу, а вы, Боцман, слышите?

Боцман помотал головой.

— А Вы, Штурман?

Штурман дико озирался. Взгляд его прыгал с Капитана на Боцмана и обратно. Штурман никак не мог решить, кто из них спятил — Капитан нёс какую-то дичь, а Боцман, бормоча, чистил капитанов китель, старательно отлепляя розовые ракушки одну за другой.

— Примем за «нет». Юнга? Где юнга, — Капитан повертел головой, пытаясь визуально обнаружить нескладную фигуру в бесформенной робе. В тесной рубке больше никого не было.

— Тааак, — нахмурился Капитан.

— Штурман, приступайте ко взлому автопилота по инструкции 3-15. Боцман, немедленно разыскать Юнгу и доставить сюда, бегом!

Боцман, рассыпав ракушки, выскочил из рубки, и, громыхая подошвами, понёсся по коридору. Он бежал, с трудом вписываясь в повороты, пытаясь вспомнить, куда же именно он в последний раз отправил Юнгу, лишь бы отвязаться от непоседы с непрерывными расспросами… только бы не в трюм, там лифт не работает уже неделю, а интерком хрипит так, что ничего не разобрать.

В каюте юнги царил непривычный беспорядок — книги разлетелись по полу, сундучок завалился на бок, крышка распахнулась, и некоторые детали туалета бесстыдно выглядывали из-под форменной сменки.

Самой Юнги там не было. Боцман поспешно захлопнул дверь и вздохнул — теперь он точно помнил, что послал Юнгу в трюм искать запасные детали для лифта.

Выглянув в иллюминатор, Боцман тоскливо посмотрел на цепочку моргающих попеременно белым-красным огней, опоясывающие трюм далеко наверху. Оставалось только надеяться, что Юнга сама догадается спуститься, и ему не придётся лезть на самую верхотуру.

Вздохнув, Боцман зашагал по винтовой лестнице, придерживаясь за решётку ограждения.

Глава 2

Юнга сидела в кресле спасательной шлюпки и злилась. У неё сломался ноготь, когда она пыталась удержаться во время внезапных маневров корабля. Эти старперы решили наконец развлечься и полихачить, а её отправили в трюм, типа запчасти искать. Какие тут к аномалиям запчасти, у них сроду никаких запчастей не было, один ржавый хлам, до которого уже лет 10 никому нет дела.

В перерыве между сменами курса Юнга забралась в шлюпку, отпила воды из НЗ, закусила энерджи-баром. Тошнота прошла. Некоторое время она сидела в полной тишине, прислушиваясь, не захрипит ли интерком, призывая её спустится вниз.

Интерком молчал, Юнга разозлилась ещё сильнее. Чтобы успокоиться, она принялась напевать себе под нос песенку из мюзикла «Поющие дюзы». Постепенно входя во вкус, она стала изменять мелодию, придавая ей свой оригинальный рисунок.

Через некоторое время мелодия стала здорово напоминать маха-мантру, а Юнга, закрыв глаза, перебирала пальцами невидимые чётки. Перед глазами всплывали символы незнакомого алфавита, губы сами собой выговаривали слова, о значении которых Юнга не имела ни малейшего понятия. На границе различимого, тихий голос «за кадром» пояснял:

«Сознание Девы не является чем-то искусственно навязанным уму. Это сознание — изначальная, естественная энергия живого существа. Когда мы слушаем трансцендентный Голос Поющей Девы, это сознание возрождается. Повторение этой мантры позволяет сразу же ощутить духовное блаженство, приходящее непосредственно из духовной сферы… Пение происходит на духовном уровне, следовательно эта звуковая вибрация выходит за рамки всех низших уровней сознания: чувственного, умственного и интеллектуального… Эта мантра является великой мантрой Девы, с помощью которой все живые существа могут получить освобождение… Любой кто повторяет эту мантру, достигнет высшего совершенства жизни и просветления.» *

«Что за бред», удивилась Юнга мысленно. Но вслух продолжила напевать чудесную мелодию, слова теперь выговаривались легко, строчки бежали, как ручей, весело обтекающий все препятствия, на душе сделалось легко и спокойно. Весёлая уверенность заполнила сознание Юнги: «Всё будет хорошо, просто замечательно!»

Корабль больше не дёргался. Юнга легко выпрыгнула из шлюпки и направилась к выходу. Положив руки на дверь лифта, она мысленно позвала: «кис-кис». Лифт отозвался тихим урчанием. Юнга представила себе котёнка и почесала ему за ушком. Лифт замурлыкал и открыл дверь. Юнга погладила его по голове, и зашла в кабину. Лифт радостно замигал всеми лампочками. Юнга нажала кнопку и прислонилась к стене. Лифт мягко тронулся и поехал вниз.

* * *

Боцман устало присел на ступеньку. Сколько их осталось, он не знал, сбился со счёта уже давно. Поясницу ломило, сердце стучало в голове. Боцман закрыл глаза, посчитал до 20, постепенно восстанавливая дыхание. Подумал, не позвать ли Юнгу, понимая, впрочем, что за двойной переборкой она его не услышит даже в мёртвой тишине малого хода.

Боцман встал, прислушиваясь, и так застыл, с ногой поднятой для следующего шага. Тишина больше не была мёртвой — тихая вибрация перешла в нарастающее гудение. Гудение, приближаясь сверху, превратилось в звук едущего лифта. Миновав Боцмана, звук стал затихать, переходя в лёгкую вибрацию под ногами.

— Дьявол меня побери! Починила таки, ну даёт Юнга! — Боцман был совсем не рад удаче своей подопечной. У лифта не было промежуточных остановок в «трубе», соединяющей трюм с главной палубой. Покачав головой, Боцман поплёлся обратно, рассеяно проводя рукой по обшивке.

Глава 3

Капитану надоело буравить взглядом затылок штурмана. Он посмотрел на экран — без изменений. Автопилот по прежнему следовал по «аномальному» курсу. Лёгкие облачка пыли расползались струйками, завиваясь, огибая корабль. Впереди пыль образовывала плотную завесу, за которую не мог заглянуть ни один прибор.

Где-то там, далеко в рукаве, находился неведомо откуда появившийся сгусток тёмной материи. Его гравитационное поле переводило корабль на радиально-эллиптическую орбиту. Точнее, это было бы орбитой, если б не куча пыли и мусора по пути. Неизбежно возникнет торможение от взаимодействия с защитным полем, и их «орбита» выродится в «траекторию», предсказать которую, не зная точного «содержания» пылевого облака, теоретически невозможно.

Компьютер выдавал целый веер вероятных траекторий. Крайняя упиралась прямо в центр их предполагаемой «орбиты», где находился математический центр гравитации. Единственно, о чем компьютер не упоминал, так это о том, что они вообще могут туда не долететь, столкнувшись по дороге с парочкой обломков, или нарвавшись на контейнер с неразорвавшимися минами. В базе компьютера информации на этот счёт просто не было.

 

— Кэп! — голос Юнги звенел от негодования, — Почему Штур мучает автопилот?!

Капитан аж подскочил от неожиданности. Задумавшись, он не заметил как Юнга появилась в рубке.

— Не мучает, а следует инструкции. У нас ситуация, — Капитан попытался придать голосу подобающую солидность.

— Нет, мучает! — Юнга топнула ногой, — И это моя работа, так нечестно!

Действительно, Юнга числилась специалистом по компьютерам вообще и автопилоту в частности. Но подпускать к оным её не было никакой необходимости — автоматика работала исправно десятилетиями, а правило «работает — не трогай» уже давно стало законом во всем космофлоте.

— Это всё равно не сработает! Эта инструкция к новой модели, а у нас даже версия сборки не обновлялась больше года! — Юнга настойчиво отпихивала Штурмана своим острым плечиком.

Штурман поморщился и отступил. Он и сам уже порядком притомился, вбивая эти жуткие коды, и всякий раз система ругала его за недопустимую операцию и сбрасывала консоль.

Капитан только фыркнул, услышав «бедный компик, замучал тебя нехороший Штур» — Юнга все названия и должности или переводила в уменьшительную форму или укорачивала до минимума. Так Штурман стал «Штур», Капитан — «Кэп», а Боцман категорически запретил сокращать себя, согласившись лишь на альтернативный вариант — «босс», кем он для юнги собственно и являлся.

Тем временем компьютер выдал мелодичную трель, и на главном экране появилась надпись «Ручной режим». Штурман оглянулся на Капитана и виновато развёл руками. Молодёжь плечом и делом теснила старшее поколение, не давая времени на перегруппировку.

Сзади захрустело. Это в рубку ввалился Боцман и прошёлся прямо по ракушкам. Капитан хотел… сделать замечание, но передумал и спросил просто:

— Где Вы пропадали, Боцман?

— Где-где, в трубе, — пробормотал Боцман и громко добавил, — имею доложить, что Юнга выданное мною задание выполнила, и лифт снова работает!

Капитан задрал бровь:

— А за каким дьяволом нам лифт? Нам и трюм-то не нужен. Кроме сломанной шлюпки там ничего ценного всё равно нет.

Штурман задумчиво посмотрел вверх:

— А что, Капитан, это кстати неплохая идея.

Боцман ошарашено уставился на обоих сразу:

— Чем вы тут занимаетесь? Что я пропустил?

Капитан выдержал паузу и солидно заключил:

— Штурман прав, пожалуй. Если б мы избавились от трюма, сопротивление среде понизилось бы вдвое, или даже втрое… за счёт уменьшения массы двигатели могли бы развить бо́льшую тягу… и у нас появился бы шанс проскочить эту чёртову аномалию!

 

— Что-о-о? — раздалось от компьютера. Юнга обернулась. Её раскрасневшееся лицо было удивительно симпатичным в гневе, глаза сверкали, и даже волосы, казалось, развевались от невидимого ветра.

— Я вам дам, избавиться от трюма! Корабль ломать, ещё чего! А главное, зачем??

Но даже отсутствие уменьшительного суффикса не смутило Капитана.

— А затем, — строго сказал он, — он нас тормозит, и из-за него мы застрянем в этом рукаве на целую вечность, если не врежемся до того, как нас подтащит в центр, — и он указал пальцем на главный экран.

Юнга проследила за его жестом, задумалась на секунду и выдала:

— Ха! Вы решили что там источник гравитации что-ли?

Капитан переглянулся со Штурманом. Штурман принялся сбивчиво объяснять:

— Как видно вот тут и тут, на корабль действует сила притяжения, из этого места. Мы сначала приняли это за ТПА, но никаких объектов подходящей массы и объёма в этом секторе не…

— Слушайте, ну это же школьный курс, — перебила его Юнга, — гравитация действует на все объекты, вне зависимости от их массы, мы бы тут увидели круговорот из пыли, вокруг вашего «центра» — где он?

— Даже если б ваш цент вдруг материализовался внезапно, мы бы сейчас «висели» бы неподвижно относительно пыли, а она свистит нам навстречу!

Штурман пожал плечами и ехидно поинтересовался:

— А что, по вашему, нас туда тащит, магическая сила?

Юнга посмотрела на него «сверху-вниз»:

— Ну это же очевидно. У пыли нет защитного поля, а у нас — есть. Пыль висит себе в пространстве, а нас — тащит. Давайте, отключим поле, и вы сами увидите, что никакой гравитацией тут и не пахнет.

— Как отключим? — Штурман беспомощно оглянулся на Капитана.

— Руками! — не сдавалась Юнга, — мы же сейчас в ручном режиме. Ну или хотя бы уменьшим мощность до минимума, чтоб приборы не залепило, тогда двигатели на минимальной тяге смогут скомпенсировать притяжение.

— Хорошо, — решительно взмахнул рукой Капитан, — переключайте. Но будьте готовы тут же вернуть всё как было, если не сработает.

Юнга издала радостное восклицание и бросилась к компьютеру.

Глава 4

Возмущённая неожиданным вторжением пыль завивалась причудливыми узорами, обтекая странную конструкцию. Две приплюснутые и скошенные впереди сферы, соединённые тонкой трубой, застыли неподвижно, и только еле различимая вибрация выдавала работающие на самом малом ходу двигатели, удерживающие корабль на месте.

Языки пыли подплывали вплотную к обшивке, стараясь лизнуть поверхность, но, не достав буквально всего ничего, вдруг разворачивались и разочаровано отплывали обратно. Корабль как-будто оказался в густом бутоне диковинного цветка, распускавшегося на кадрах ускоренной съёмки. Лепестки росли на глазах, облепляя корабль со всех сторон, пока он совсем не скрылся за ними.

В рубке царило молчание. Молчал компьютер, потому что был в ручном режиме. Молчали люди. Правда люди молчали по-разному. Спектр вариантов начинался с горестно молчавшего Боцмана и заканчивался восторженно молчавшей Юнгой. Капитан занимал середину спектра. Штурман расположился между ним и Боцманом.

Юнга нарушила молчание первой:

— Ух ты, мы можем дрейфовать к самому центру и посмотреть, что там скрывается!

Боцман лишь горестно покачал головой, Капитан нахмурился, а Штурман сказал просто:

— Нам бы придумать, как отсюда выбраться, а скрывается там что или нет, не нашего ума дело.

Юнга обернулась за поддержкой к Капитану. Капитанское выражение лица поддержки не обещало. Юнга попыталась ещё раз:

— Но это как раз единственный для нас путь, в любую другую сторону надо будет поднимать защиту, чем активнее мы будем пытаться выбраться, тем сильнее нас будет притягивать. Значит, надо попасть в центр и выключить то, что там сейчас работает!

— Всё, что один человек построил, другой завсегда поломать сможет, — непонятно кого процитировал Капитан.

— Ну почему обязательно ломать? — не поняла Юнга, — можно разобраться в устройстве…

— Если оно первым не разберётся с тобой, — мрачно пошутил Штурман.

И только Боцман ничего не сказал. Он продолжал горестно качать головой, бросая иногда косые взгляды на Капитана, как будто ожидая чего-то.

— Ладно, — Капитан принимал решения быстро, особенно, когда ему их подсказывали подчинённые.

— Будем дрейфовать! Штурман и Юнга — вы занимаетесь наблюдением. В случае угрозы столкновения, выполняете маневр уклонения или включаете на минимальное время защиту.

— Боцман!

Боцман обречённо уронил руки.

— Вам надлежит проверить состояние скафандров и исправность автономных модулей. Выполнять!

Боцман, бормоча под нос нехорошие слова, скрылся в коридоре.

— Я буду у себя в каюте, позвоните по внутренней, — распорядился Капитан, но никто не отозвался. Юнга и Штурман прилипли к приборам и ни на что уже не реагировали. Деликатно кашлянув в кулак, Капитан развернулся и вышел.

Глава 5

Лёгкое сияние нежно-перламутрового оттенка окрашивало пылевую вуаль в неожиданные для окружающего мрака цвета. Пылинки искрились и переливались словно радуга на алмазной пыли в открытых шахтах планет системы Сааргонна.

Держа почтительную дистанцию, вуаль неторопливо кружила мягкими складками, сминаясь и растягиваясь, порхала, словно огромная бабочка, кружащая вокруг огня, не в состоянии приблизится, но и не желая улетать.

В центре, где по идее должен был располагаться источник сияния, ничего не было. В совершенной пустоте, то тут, то там, неожиданно возникали лучи света. Они обегали окружающую поверхность пылевой вуали, расцвечивая её радугами, и так же неожиданно пропадали. Но тут же появлялись новые, из-за чего сияние ни на миг не прекращалось, а алмазное сверкание радуги заполняло пространство переливающимся светом.

В очередной складке возникло возмущение. Потоки пыли поплыли было внутрь, но тут же развернулись и устремились обратно. В образовавшийся проход неторопливо входила скошенная сфера. На ней золотом вспыхнула надпись «Неустрашимый». Иллюминаторы засияли сиреневым, а навигационные огни, наоборот, совершенно потерялись на фоне сверкающего великолепия.

Юнга прилипла к обзорному экрану, раскинув руки и прижавшись к нему всем телом, как будто пытаясь обнять эту невиданную красоту, неожиданно раскрывшуюся перед ними.

Штурман разочаровано оторвался от визора радара. Тот ничего не показывал — совершенная пустота в «центре», куда они так долго дрейфовали, натерпевшись всевозможных приключений по дороге. Впрочем, вид за бортом заставил и его позабыть о затянувшейся вахте.

Мягкие переливы радуги гипнотизировали, убаюкивая, и даже, казалось, напевали некую неслышимую мелодию. Впрочем, неслышимой она была недолго.

Очень скоро Штурман услышал совершенно явственно, как Юнга выводила её очень чистым девичьим сопрано, по-прежнему обнимая обзорный экран. Удивлённо покосившись, он почему-то почувствовал себя неудобно, как-будто подсматривал за неким интимным действием.

Отвернувшись к боковому иллюминатору, он пропустил момент, когда сияние начало заполнять рубку изнутри. Странный звук заставил его обернуться.

В дверях медленно оседал Боцман. Сипя, не в состоянии вымолвить ни слова, он только тянул руку, указывая в сторону Юнги.

Штурман резко повернулся и остолбенел. Юнга стояла, полыхая лазурным сиянием, протягивая руки вперёд, сквозь главный экран, казавшимся теперь нарисованной голограммой. Сияние как роскошное платье охватывало её, скрывая форменную робу.

Допев куплет, она шагнула вперёд.

 

— Что за, дьявол меня подери, тут происходит? — спотыкаясь об Боцмана, прорычал Капитан, заглядывая в рубку. Принюхался и зарычал ещё громче:

— Кто разрешил Боцману упиться в стельку!? Что за бардак вы тут развели.

Штурман не реагировал. Взбешённый Капитан подскочил к нему, собирать хорошенько встряхнуть его за плечи, но вместо этого только обнял, опираясь тяжело.

Стройная фигурка Юнги, вся в лучах света, шагала неторопливо, по невидимой дороге, вперёд, прочь от корабля, к источнику перламутровых лучей.

— До-о, а-а-а, — Капитан хотел потребовать доклада, но язык его совершенно не повиновался.

— Она пела, — тихо, но чётко вдруг сказал Штурман.

— Э-э-э? — не понял Капитан.

— Очень красиво пела, — пояснил Штурман, заворожено глядя в экран.

— А-ах, — выдохнул Капитан понимающе.

— Де-е-в-а-а, — донеслось сзади, — Па… па-ю-щая Дева! — выкрикнул с пола Боцман.

Капитан уже ничему не удивлялся. Он посмотрел на свои руки, обнимающие плечи Штурмана, ещё раз бросил взгляд на удаляющуюся фигуру Юнгу и скомандовал себе «вольно».

Полегчало. Он шагнул за пульт компьютера и немного увеличил напряжение поля.

Корабль послушно увеличил скорость и начал нагонять Юнгу. Но и Юнга теперь двигалась быстрее. Шла она так же размерено неспеша, но с каждым шагом удалялась всё быстрее и быстрее.

Вот она достигла места, откуда возникали лучи. Капитан ударил по клавишам, ставя поле на максимум. Корабль рванул вперёд.

От резкого движения Капитан оказался на полу рядом с Боцманом. Штурман завалился спиной на приборы. Он оказался единственным свидетелем финального зрелища.

В тот момент когда Юнга достигла источника лучей, вокруг вдруг образовалась перламутровая сфера. Гигантской жемчужиной она застыла на долю секунды… и исчезла.

Тут же исчезло всё сияние, как будто повернули выключатель. Корабль беззвучно канул в стену пыли и стремительно понёсся вперёд, на выход из рукава, к россыпям звёзд и гигантским пустыням пространства между ними.

 
 
Конец
 
© Dinky, 2010

*) нагло скопировано с http://ru.wikipedia.org/wiki/Харе_Кришна.

В следующем номере будет объявлено о создании нового великого Ордена, призванного объединить галаксиан с самой высокой целью. Также вы узнаете о странных созданиях, населяющих далёкие галактики, и их слабых сторонах и приобщитесь к новой миротворческой философии.